Министерство спорта и туризма Республики Беларусь
Одно окно
 220030, г. Минск, ул. Кирова, 8, кор. 2
(017) 2004966; 327-76-22 (факс) 
info@mst.gov.by; tourism@mst.gov.by
 
Главная / СМИ о нас

Николай Козеко: полет над Минском


Начиная с 1998 года белорусские фристайлисты не возвращаются с Олимпийских игр без медалей. Наша лыжная акробатика стала мировым брендом и такой же визитной карточкой нашей страны, как Мирский замок, Национальная библиотека или грузовики МАЗ. 

Сегодня сложно представить, что история развития этого вида спорта в Беларуси насчитывает меньше четырех десятков лет, а главный прыжок в развитии фристайл получил в период суверенитета. И все это время (от первых прыжков до олимпийского золота) на ведущих ролях в белорусской сборной Николай Козеко — полный кавалер ордена Отечества и обладатель огромного количества других наград. Завтра у Николая Ивановича 70-летний юбилей. 


— Что стало вашими самыми яркими воспоминаниями детства?


— Мы жили в разных районах. Более того, родился-то я в Минске, но отец еще служил в армии, поэтому где-то в 1951 году мы на несколько лет уехали в Ульяновск. Потом вернулись. Я тогда еще совсем маленький был, воспоминаний почти не осталось. Помню только крутой берег Волги, я еще совсем слабо ходил, гуляли с братом. Он поднялся наверх, а у меня никак не получалось. Был просто панический страх, что я никогда туда не заберусь, а потом мама помогла. 

А еще отложилась в памяти смерть Сталина. Все вокруг плакали, а я понять не мог: что случилось, какая беда? Когда мы вернулись в Минск, поселились в домах-башнях на вокзале. Правда, не в самих башнях, а в примыкающем к ним доме. Для меня это было очень интересно: ворота города, дома казались такими высокими! Монументальность и солидность города стали первым осознанным впечатлением о Минске. 

Сейчас, гуляя по городу, уже бывает сложно представить, что в те годы на месте некоторых нынешних центральных улиц Минск заканчивался. На вокзале мы жили в коммунальной квартире, а потом отец получил отдельную — в районе нынешней филармонии. Интересно, Комаровский рынок тогда, казалось, находится где-то далеко, на окраине! Отец возил на Детскую железную дорогу, и это вообще считалось за городом — такая даль! 

— Чем занимались школьники в послевоенные годы?


— Я попал в школу с усиленным изучением английского языка. Мой выпуск — один из первых, который прошел полный курс такого обучения. До сих пор неплохо понимаю и говорю по-английски.

— Учеба — понятно. Но едва ли мальчишки тогда все время проводили за учебниками…


- В 2014 году из Сочи белорусских спортсменов вез президентский самолет, а дома их встречали как героев!— Всякое бывало. Собирались группами, ходили в парк Горького — там постоянно какие-то потасовки случались. Но самый большой интерес — спорт. Постоянно гоняли мяч во дворе! Дворы в то время, кстати, были отдельным, особым миром. Все друг друга знали. У нас был закрытый двор, где мы своими силами поставили качели, играли в футбол, прыгали в длину. 

И когда в школу пришел тренер по акробатике, мы тоже записались всем классом! В тот момент как раз открылось новое здание «Трудовых резервов». Мне кажется, это и вовсе был первый специализированный спортивный комплекс в городе. До сих пор стоит недалеко от пересечения Немиги и проспекта Победителей. 

Сегодня кажущееся стареньким, в те годы здание выглядело помпезным и массивным. За ним был не проспект, как сейчас, а татарские огороды. Частный сектор, на фоне которого «Трудовые резервы» выглядели настоящим замком! Рядом была площадь 8 Марта, конечная остановка автобусов. Едва в школе заканчивались занятия, все бегом бежали на тренировку. У кого-то получалось лучше, кто-то в итоге отсеивался… 

— Почему вы не отсеялись?


— Для меня это было очень важным моментом. Меня никто не заставлял ходить на тренировки, я не пошел туда за компанию. Это было мое увлечение, что-то такое, что у меня не отнимешь. Можно было забрать книжку, не пустить в кино. Но на тренировку — святое. Лишь один раз мама меня в наказание оставила дома — я помню этот момент до сих пор!

— Вы ведь в итоге стали чемпионом СССР по прыжкам на батуте. Насколько сложно было запрыгнуть на эту вершину?


— Непросто. К тому же я несколько раз был призером чемпионата СССР, состоял в сборной. До того момента как я выиграл титул, восемь лет участвовал в соревнованиях. Мы выигрывали матчевые встречи у сборных Англии и США. Советская школа прыжков на батуте была очень сильной, и нынешние успехи Владислава Гончарова, Олега Рябцева, Ивана Литвиновича и других ребят случились не вдруг. 

— Титул чемпиона СССР в прыжках на батуте сильно менял жизнь?


— В то время в состав Международной федерации прыжков на батуте входила Южно-Африканская Республика. Как следствие, СССР бойкотировал все международные соревнования. Я мог бы построить очень успешную карьеру, но в итоге после того, как выиграл чемпионат, с прыжками на батуте закончил. В 1973 году стал тренером. Сначала работал с батутистами, потом перешел на прыжки в воду.

— Как в вашей жизни появились лыжи?


— Это был совершенно непредсказуемый поворот. Фристайл как вид спорта формировался совсем не так, как это происходит обычно. Вместо того чтобы развивать результаты с самого низа до сборной СССР, было принято решение о создании команды с прицелом на Олимпиаду. На Играх в Калгари в 1988 году предполагалось включить в программу соревнования фристайлистов, и, конечно, СССР не мог отставать от других стран. 

Лыжную акробатику было поручено развивать главному тренеру команды по прыжкам в воду и прыжкам на батуте. Он пригласил меня в экспериментальную группу, хотя на тот момент я ни разу не стоял на горных лыжах. Даже понятия не имел, что это. Уйти в лыжную акробатику было очень непростым решением. В прыжках в воду у меня появились ученики, они выигрывали Кубки Европы, Игры доброй воли… 

Мне же пришлось их фактически бросить, развернуться на 180 градусов и развивать вид спорта, о котором в нашей стране никто толком не слышал. Мой руководитель — председатель спортивного общества «Трудовые резервы» Александр Битус — сам любитель горных лыж, на свой страх и риск открыл первую секцию фристайла. Тренировались в том самом здании на проспекте Победителей. 

Элементы были очень простыми — не чета программам, которые спортсмены делают сейчас. Выезжали на сборы на Домбай, причем там учили кататься на лыжах и тренеров, и спортсменов. В сборную ведь собрали и батутистов, и акробатов, и прыгунов в воду… 

У меня в группе тренировались неоднократный призер Олимпийских игр в прыжках в воду Владимир Алейник, Светлана Бондарчук, которая была чемпионкой СССР. Через несколько лет, кстати, именно Бондарчук стала первой чемпионкой СССР в лыжной акробатике. Белорусов в экспериментальной сборной было четыре человека, потом я пригласил еще пятерых или шестерых. 

Собрал тех, кто хотел заниматься, они предложили тем, кого знали… Приходили очень именитые спортсмены, но многие отсеивались. Кому-то не нравилось, кто-то боялся: с десятиметровой вышки прыгать не страшно, а с трамплина на снег — страшно. Потом распался СССР, нужно было как-то выходить на международный уровень… Это было сложно, но очень интересно. 

— В 1998 году Дмитрий Дащинский впервые в истории белорусского фристайла поднялся на олимпийский пьедестал. У вас в этот момент было ощущение, что вот он, тот момент, ради которого столько терпели и ждали?


— Радость была очень большая! Но при этом было и четкое понимание, что бронза Дащинского — это еще не предел. Я видел, что у ребят серьезный потенциал. Когда мы ехали на ту Олимпиаду, Дима Дащинский не считался лидером, но так резко выстрелил, что удивил даже меня. Вообще, все эти начальные медали были достаточно непредсказуемыми. И всем нам предстояла еще очень большая работа. 

Идеальная мужская команда в Беларуси сложилась только в 2010 году, когда Алексей Гришин завоевал первую золотую медаль в Ванкувере, а Антон Кушнир выиграл Большой хрустальный глобус. Плюс Дима Дащинский был на высоком уровне. Я понимал, что каждый из этих ребят может стать олимпийским чемпионом.

— Когда вы поняли, что фристайл в Беларуси становится одним из основных видов спорта?


— После Олимпиады 1994 года. Алексей Парфенков тогда выиграл квалификацию, Юля Ракович стала пятой. Мы показали, что наши спортсмены могут претендовать на медали Олимпиад. В Беларуси всегда были сильные школы акробатики, гимнастики, прыжков в воду, батута, а фристайл — это своего рода конгломерат всех этих видов.

— Вы с того момента, как начали развивать фристайл, постоянно в разъездах. Сборы, соревнования от Америки до Азии. Считаете себя гражданином мира?


— Ни в коем разе. Я белорус. Где бы ни был, всегда стремлюсь вернуться домой. Фристайл — это моя работа, а моя душа в Минске. Он изменился за эти годы. Стал громадным городом. Я понимал, что он большой, еще в детстве, но сейчас он не перестает поражать. Год-другой не бываешь в каком-то из районов, потом заезжаешь и удивляешься, как все изменилось. 

Да и на примере фристайла очень хорошо заметен колоссальный прогресс нашей страны. У нас зимний вид спорта, однако за головокружительными прыжками над снежными трамплинами стоит огромная работа, которая не прекращается даже летом. За неимением снега в теплое время года спортсмены прыгают на воду. 

Раньше для этого приходилось лететь в другие страны. С недавних пор этого делать не нужно. Открывшийся в Минске в 2015 году центр «Фристайл» стал, без преувеличения, уникальным сооружением. Под огромным стеклянным куполом практически в центре столицы расположились три склона и три трамплина, позволяющие в любое время года отрабатывать как самые простые прыжки, так и элементы олимпийского уровня. 

Главный трамплин со специальным полимерным покрытием, которое смачивается водой, спроектирован белорусскими инженерами с учетом самых передовых мировых технологий. Внизу бассейн с воздушной подушкой, исключающей жесткие удары о воду. К слову, здесь уже не первый год проводятся республиканские соревнования, а с учетом капризного характера белорусских зим не имеющий аналогов в мире комплекс стал хорошим подспорьем для подготовки новых поколений чемпионов. 

Спортсмены апробировали наш комплекс сразу после открытия и остались очень довольны. Были восхищены даже американцы. Во-первых, это первый и единственный в мире центр для фристайла, сделанный под крышей. И во-вторых, это публичное место. Туда может прийти любой желающий, большая часть площадей отдана под развлечения. Там и горки, и аквазона, и сауны, и гидромассажи. 

При этом все построено очень удачно: спортивная зона не соприкасается с зоной отдыха, но отдыхающие могут наблюдать за тренировками и соревнованиями фристайлистов, а спортсмены в любое время года оттачивать свое мастерство. Очень здорово, что такое уникальное сооружение появилось именно у нас, в Беларуси!


НАША КОМАНДА

Олимпиада 1998 года в Нагано стала для белорусского фристайла путевкой в жизнь. На Играх наши акробаты — аж четыре человека! — дебютировали в 1994-м. Но в Лиллехаммере победивший в квалификации Алексей Парфенков с волнением не справился и остался без медали. 

Дмитрию Дащинскому в Нагано впервые в истории белорусского фристайла удалось ступить на пьедестал, доказав, что этот вид спорта способен стать по-настоящему белорусским. Сам Дима, оказавшись на земле уже в статусе бронзового призера Игр, не переставал повторять, что результат да и само выступление стали для него шоком. Когда первые эмоции схлынули, начались поздравления. Одно из первых — от Президента. 

Глава государства, с трибун наблюдавший за соревнованиями, лично поздравил Дмитрия Дащинского и его товарища по сборной Алексея Гришина с успешным выступлением, отметив в первую очередь сплоченность белорусской команды. «Александр Григорьевич сказал, что мы еще очень молоды. Мне 20 лет, Леше Гришину — 19. Как надеется Президент, наши главные победы еще впереди», — рассказывал чуть позже Дащинский. 

Напутствие оказалось пророческим: начиная с Нагано-98 без наград на Олимпиадах белорусские лыжные акробаты не оставались, а в 2010 году Алексей Гришин взлетел на высшую ступень пьедестала почета! Символично, что именно его награда стала первой золотой медалью зимних Олимпиад в независимой истории белорусского спорта.

Впоследствии фристайлисты еще не единожды заслуживали самых высоких оценок и благодарностей. Настоящим триумфом стала зимняя Олимпиада в Сочи. Белорусская сборная в феврале 2014 года смогла завоевать целых пять золотых медалей. Три достались биатлонистке Дарье Домрачевой. Еще две — лыжным акробатам, причем выступления Антона Кушнира и Аллы Цупер оказались драматичными и буквально перегруженными эмоциями… 

Возвращавшихся из Сочи на президентском самолете спортсменов в Национальном аэропорту встречали как настоящих героев. Позже главному тренеру сборной по фристайлу Николаю Козеко Президент вручил орден Отечества I степени. 


К СВЕДЕНИЮ


С Олимпиады в Пхенчхане белорусский фристайл вновь вернулся с триумфом. На этот раз золотую медаль получила уже представительница нового поколения акробаток Анна Гуськова! Вместе с поздравлением Президента, отметившего высочайший класс белорусской школы фристайла и выразившего благодарность тренерскому коллективу команды, чемпионка получила известие о награждении орденом Отечества III степени.

Анна Гуськова — самый недавний олимпийский успех команды Николая Козеко.
ФОТО БЕЛТА.


Медали белорусских фристайлистов на Олимпиадах и чемпионатах мира

Олимпийские игры

1998 год. Нагано (Япония). Дмитрий Дащинский — бронза

2002 год. Солт-Лейк-Сити (США). Алексей Гришин — бронза

2006 год. Турин (Италия). Дмитрий Дащинский — серебро

2010 год. Ванкувер (Канада). Алексей Гришин — золото

2014 год. Сочи (Россия). Антон Кушнир — золото, Алла Цупер — золото

2018 год. Пхенчхан (Южная Корея). Анна Гуськова — золото

Чемпионаты мира

2001 год. Уистлер (Канада). Алексей Гришин — золото, Дмитрий Дащинский — серебро

2003 год. Дир-Вэлли (США). Алексей Гришин — серебро

2005 год. Куусамо (Финляндия). Алексей Гришин — бронза

2007 год, Мадонна-ди-Кампильо (Италия). Дмитрий Дащинский — серебро, Ассоль Сливец — серебро

2011 год. Дир-Вэлли (США). Антон Кушнир — бронза

2015 год. Крайшберг (Австрия). Максим Густик — бронза

2019 год. Дир-Вэлли (США). Александра Романовская — золото

Дмитрий КОМАШКО, "Советская Белоруссия". 04.04.2020